Фейс-лифтинг: как это бывает? Репортаж из операционной швейцарского хирурга

смиртолдш
Как проходят пластические операции? Что происходит, когда пациент находится под наркозом? Репортаж Яны из операционной известного швейцарского пластического хирурга Рафаэла Гюменера
Я безмерно уважаю хирургов. Особенно пластических хирургов. Особенно — хороших пластических хирургов, тех, которые идут в эту область, потому что любят женщин. А зачем еще?.. Вы думаете, денег заработать? Глупости. У хирургов тоже есть свой табель о рангах, да. Согласно ему, делать операции на сердце гораздо круче. А хирург-пластик — это что?:) Почти как стоматолог. Знаете такую шутку: «Зуб — не орган, стоматолог — не врач»? Конечно, ерунда все это. Но обидно. А главное, несправедливо.

Доктора Гюменера я знаю давно. Он — один из главных мозгов марки L.Raphael, определяющий ее развитие, и один из самых авторитетных в Женеве эстетистов. Ведет прием в Институте красоты L.Raphael. Назначает процедуры. Подумать об операции предлагает, когда понимает, что иначе нельзя. (Вообще вот этот вечный конфликт между хирургами, которые видят результат только после скальпеля, и косметологами, которые считают «великим эффектом», если кожа подтянулась на 0,1 мм — он разрешим только в том случае, когда хирург и эстетист — одно лицо. И выбирает не из того арсенала средств, которым владеет сам, а из общего.)

Я была в Каннах, когда Ронит Рафаэль и доктор Гюменер представляли новые средства марки. Рассказывали очень интересно и убедительно, кстати

Я была в Каннах, когда Ронит Рафаэль и доктор Гюменер представляли новые средства марки

Вот сайт профессора Гюменера; если читаете по-французски, можете ознакомиться с перечнем его заслуг и степеней. В 2000-2002 он был президентом общества пластических хирургов Швейцарии.

Фото сделано там же, в Каннах. Гюменер светился от гордости, представляя какое-то новое средство

Фото сделано там же, в Каннах. Гюменер светился от гордости, представляя какое-то новое средство

Потом ушел. Я его спросила, почему? Он сказал, что это отнимает слишком много времени. Причем в основном оно уходит на какие-то бумаги и выступления. А он — практик. Ему нравится оперировать. «Я когда надеваю хирургические перчатки, чувствую, что живу», — сказал он.

амвреногн

Частная клиника Generale-Beaulieu — одна из лучших в Женеве. Сюда за новыми лицами и носами приезжают, кстати, многие русские

В общем, в какой-то момент я спросила его, нельзя ли мне поприсутствовать на его операции с фотоаппаратом. Потому что моя цель — десакрализация пластической хирургии, да:) Чтобы люди перестали заниматься мифотворчеством, ахать и охать по этому поводу. Ведь по поводу аппендицита никто не охает. Вырезали и вырезали. А тут — сплошные эмоции и страх. Доктор Гюменер счел это достойной миссией, сказал: «Приезжай».

И я  приехала вот в эту клинику в Женеве. Он провел меня внутрь, попросил переодеться в зеленое-хирургическое.

Селфи из операционной, конечно же

Селфи из операционной, конечно же

Сказал, что сегодня оперирует женщину, делает ей срединный лифтинг — то есть лифтинг средней и нижней трети лица. Это ее вторая операция, первая была 10 лет назад. Оперировал он же.

«Я не сторонник лифтингов „один и на всю жизнь“, — сказал Гюменер. — Они слишком травматичны. Soft-версии — да, требуют повторения, но после них короткий реабилитационный период, травма меньше, эффект — естественнее. Лучше три раза переболеть гриппом, чем один раз — чумой, как вы считаете?».

Он, конечно, предупредил пациентку, что на операции будет присутствовать журналистка из Москвы. Кажется, даже сказал, что у нас очень крутой блог, и идея прекрасная:) Пациентка сказала, что не возражает, если не будет показано «до» и «после». Потому что к такой славе она не готова. Я вздохнула (конечно, лучше бы она была готова), но — что делать?

Мы с Гюменером одновременно вымыли руки и вошли в операционную.

смипртьоелб

Доктор Хаус как он есть, подумала я

Анастезиолог уже ввел пациентку в наркоз. Команда уже была на низком старте. На стене висели фото пациентки, сделанные до. Когда я узнала, что ей — под 60, поверила в величие доктора Гюменера окончательно.

На стене висели фото пациентки до и после. Гюминер иногда на них посматривал во время операции

На стене висели фото пациентки. За ухом — следы от первой операции

Ассистентка уже разложила инструменты в правильной последовательности.

Меня всегда завораживал этот широкий выбор скальпелей, пинцетов и хирургических ножниц. В детстве я такими играла дома - мамиными

Меня всегда завораживал этот широкий выбор скальпелей, пинцетов и хирургических ножниц. В детстве я такими играла дома  «в больничку» — мамиными

Дальше будет много фотографий, которые часто печатают в профессиональных журналах, и редко — чтобы не сказать никогда — в глянцевых.

Если вы боитесь, их можно пропустить.

Практической цели — показать step-by-step операцию как урок «сделай сам» — у меня нет:)

Но, кстати, обратите внимание — крови нет. Чтобы пациент не кровил, в оперируемую область вводят адреналин, сокращающий сосуды. Без крови же все совсем не страшно. Просто наглядно видно, что находится под кожей у человека.

укенгшгщ

Если отключиться от того, что это операция, и на столе лежит человек, и это женщина, и она хочет быть красивой — все это очень похоже на цех, где все идет-крутится по плану

 

апрнонгш

А для меня как для человека с другой планеты в этих действиях все равно есть что-то завораживающее. Хотя я понимаю — это их работа. А щелкать фотоаппаратом — моя

 

кенгшщг

Да, и все равно — мистика

 

апролнгшщ

А измени освещение — никакой мистики, просто работа

Мой доктор, кстати, немногословен. Никаких вам «скальпель, спирт, огурец» (С). Это тысячная операция для него и его бригады. Все знают, что им делать. Первая она только для меня.

Суть простого фейс-лифтинга — отслоить кожу, натянуть ее, иссечь излишки, пришить снова. Суть фейс-лифтинга SMAS — где затрагиваются мышцы — еще и подтянуть мышечную ткань. Такой фейс-лифт считается более эффективным, конечно: если ткани растянуты, кожа долго все равно их сдерживать не сможет — провиснет снова. Но вообще, какой вид операции выбирать,  зависит от типа лица пациентки и еще миллиона разных вещей. Есть хирурги, которые SMAS не делают, считают слишком рискованным. Есть наоборот те, которые делают только агрессивный SMAS, все прочее считая баловством.

Гюменер работает с мышцами, но «ушивает» их своим способом, который считает самым правильным. Плюс редко затрагивает верхнюю часть лица, лоб: «Туда лучше сделать ботокс, меньше травмы, эффект естественнее». И главное, он делает совершенно невидимые швы — за козелком ушной раковины.

Прооперированные им люди не похожи на марионеток, сбежавших из кукольного театра, это главное.

Сначала доктор Гюминер рисует на лице пациентки линию разреза — обычным синим фломастером. Потом эта линия обкалывается адреналином, суживающим сосуды. Потом по этой линии делается разрез:

 

Сначала намечается, где пройдет линия разреза

По коже, предварительно обколотой адреналином, острый скальпель идет скользя, как лезвие конька — по льду

 

укенгшпа

Так происходит отслоение кожи от мышечной апоневризмы

вапкрогшн

Ассистенты держат кожу, хирург продвигается дальше

всапронр

И все равно, обратите внимание — никаких литров крови. Все очень деликатно

Доктор и ассистент сконцентрированы до предела. В операционной — полная тишина. Только я щелкаю кнопочкой на фотоаппарате.

2012-06-19 14.50.42

апровнг

А я вдруг вижу фломастеры, которым разрисовывали лицо пациентки, и рядом — линейку. Все это похоже на урок геометрии в школе, только причем тут зажимы и скальпели?

 

Анастезиолог следит за работой организма пациентки. Пульс нормальный -

Анастезиолог следит за работой организма пациентки. Пульс нормальный, сердцебиение, дыхание — все в норме

А на операционном столе уже происходит вовсю наложение швов:

вапрогнш

Когда все заживет, никто не догадается, что наша 60-летняя пациентка сделала две пластических операции

Искусство кройки и шитья, да. И правила те же: нельзя ни перетянуть — будет сборить, ни недотянуть — будет болтаться. Это чутье у хороших хирургов на кончиков пальцев.

вапернгшгео

В какой-то момент, вопреки всему, я понимаю, что это красиво

Оказывается, чтобы все отрезать и пришить как надо, в какой-то момент приходится использовать линейку:

укенншоонгш

вапрорррт

И вот — почти все готово. Завершающие штрихи и стежки: формирование естественного козелка уха. Если это выполнено идеально, никто никогда не догадается, что вы делали пластику.

апролнееа

Натянутая кожа на лице — уже видно, насколько отличается от того, что было 30 минут назад

После этого пациентке начнут делать вторую половину лица. По той же схеме. Но в перерыве можно немного пошутить с доктором. Например, спросить, не хочет ли он кофе и сигарету.

вапроеге

А он меня в ответ спрашивает, не хочу ли я валокордина. Но вообще-то видно, что он мной доволен. Подозреваю, каждый хирург, пуская в операционную посторонних девиц с фотоаппаратом, на всякий случай держит под рукой запасной аппарат искусственного дыхания и литр нашатырки:)

Передышка - можно попросить ассистентов сделать пару фото на память

Передышка — можно попросить ассистентов сделать пару фото на память

Детальные подробности первого этапа операции — для тех, кому не страшно — в галерее:

А потом все начинается сначала:

вампрорса

Пульс пациентки по-прежнему в норме:

ываитьбюд

И на другой стороне лица снова делается выкройка:

кпкролдшлнш

И снова шприцом вводится адреналин:

смитоьлбдш

И снова все происходящее становится похожим на кино:

цукпеннгшр

А у одного из ассистентов анестезиолога в айпаде обнаруживается музыка:)

вмароннгщшгш

Подробности второй части операции:

И через час мы уже сидим с доктором Гюминером во внутреннем дворике больницы, пьем кофе и разговариваем за жизнь. Он говорит о том, что операции такие, в общем — дело обычное совершенно. Он оперирует уже 20 лет. Конечно, он не помнит, сколько сделал за это время. Каждую неделю у него 3-4-5 пациентов. Блефаропластику (операцию по устранению избытков кожи на верхних и нижних веках) он делает под местным обезболиванием, и не всегда именно в этой клинике. Здесь — только те операции, которые требуют общего наркоза: фейслифт и грудь.

«Но неважно, сколько операций ты сделал в жизни. Каждый раз это challenge, — говорит Гюминер. — Двух одинаковых пациентов не существует в природе.»

Многое зависит от кожи и формы лица пациента. Если кожа очень плотная, шея короткая — сформировать правильный угол скулы сложнее. С тонкой кожей дело иметь гораздо проще: «Представьте, что кожа — это салфетка. Наложите на лицо тонкую салфетку и попробуйте задать ей правильную форму. Это будет не очень сложно. И возьмите плотный лист бумаги — и попробуйте сделать то же самое. Поймете разницу».

Он еще раз говорит, что не сторонник многочасовых SMAS-операций, после которых пациент восстанавливается три месяца. И что его операции, хотя и затрагивают платизму, не выводят пациента надолго из строя. «Я не иссекаю мышцы, я подшиваю избытки внутрь и прячу их. И работаю с мышцами в том же направлении, в котором я работаю с кожей. Не все врачи делают так. У меня немного другая методика. Через 7-10 дней эта пациентка уже выйдет на работу, — говорит доктор Гюминер, — и будет выглядеть совершенно нормально.»

Что доставляет ему максимум удовольствия от работы?

«Когда я вижу свою пациентку — понимаю, что я ей что-то делал — но не могу вспомнить, что именно. Настолько органично и естественно все выглядит».

А бывали ли случаи, когда пациенты были недовольны?

«Конечно. Не верьте хирургу, который скажет, что таких случаев у него не было. Когда вы работаете с людьми, кто-нибудь когда-нибудь обязательно окажется недоволен».

И как тогда быть?

«Объяснять все с самого начала честно. Не преуменьшать риски и не преувеличивать эффект. Слышать, что говорит пациент. И стараться понять его с самого начала. Есть пациенты, от которых лучше отказаться, потому что ты понимаешь, что не сможешь выполнить его ожидания. Например, она хочет грудь пятого размера. А у нее минус нулевой, и грудная клетка узкая. Лучше сразу сказать — больше полноценного 2-го у вас не получится. Чем потом разбираться, почему она недовольна операцией».

А пустит ли он меня, кстати, еще раз в операционную? Интересно же посмотреть, как оперируют грудь: я видела, как это делают российские хирурги, а как — швейцарские?

«Конечно, — смеется Рафаэль Гюминер, — тем более что ты такой эмоционально устойчивый журналист! В следующий раз возьму тебя в ассистенты».




Яна Зубцова, она же - блогер Ya-z-va и бьюти-директор Allure Russia. В прошлом - бьюти-директор Harper's Bazaar, редактор культуры Vogue Russia и зам.главного редактора журнала SNC, куратор бьюти-раздела. В прошлом и настоящем - человек, искренне верящий, что у бьюти-индустрии должны быть независимые критики. Они оздоравливают процесс.



37 комментариев

Добавить
  1. Lenok

    Спасибо, было интересно )

  2. Олеся

    спасибо, Яна. очень интересно. надеюсь, что у доктора есть отличные ученики, потому что, боюсь, я уже не успею к нему, а такой ювелирной работы с лицом очень бы хотелось в свои будущие 50-60

  3. Lenok

    А в каких других клиниках он еще оперирует? (без общего наркоза)

  4. Мила

    Яна, я даже смотреть не могла от ужаса :).
    А ведь открыла и подпрыгнула, наконец-то материал для меня.
    Так тяжело решиться мне, а надо. Очень страшно.

    • Ya-z-va

      Мила, не знаю, так ли вам на самом деле надо, но решаться тут легко) Если надо оперироваться- то надо оперироваться, зеленее не будет)

      • Мила

        Нет, Яна,решиться оочень трудно… Особенно после n-количества интервью с хирургами (которые я сделала), где они долго и страшно рассказывают об осложнениях, неудачах и аллергиях.

  5. Nastya

    Ооооо, это ж моя мечта, вот так все посмотреть!)

  6. Arisha

    Вот эта моя любимая рубрика))!Яна,когда ждать вестей с полей про фибробласты.Как самочувствие?

  7. kseniia

    теперь знаю какого доктора советовать маме лет через 5 если решится. спасибо за материал. очень интересно. Ей почти 50, но только пару лет назад «подсела на иглу» в сингапуре))

  8. kavalerievna

    Все так легко и просто , как будто брови выщипали )
    Правда, фото с операции я прокрутила — боюсь мальчики будут кровавые в глазах )
    Яна, какая же ты молодец — и в обморок не хлопнулась и потом еще и кофе спокойно пила после увиденного !

  9. Алёна

    Скажу как человек закончивший мед)) в идеале шутка звучит как «зуб не орган,стомат не факультет:)))
    И еще там под фотографией подпись. Апоневризма. Немного не верно. Выделяет он апоневроз мышцы)

    • Алёна

      И Яна ,вы правда молодец!) не каждый человек может выдержать наблюдение за такими экзекуциями) и материал очень интересный. Доктор Гюминер действительно потрясающий специалист. Он говорит верные вещи. И результат-фантастика!

      • Ya-z-va

        Алена, спасиб — мы поправим. Но ничего экстраординарного для меня лично на самом деле нет, это же просто человек, его анатомия и все такое) А у вас, значит, говорили — стомат не факультет? У нас — стоматолог не врач))

        • Алёна

          Это наверно самая фраза которую мы запомнили с 1 курса)))
          Я думаю все потому что детство прошло с учебниками анатомии и тд!) обычные люди реагируют бурно) являлась свидетелем так сказать))

  10. NataliaD

    Яна, это очень крутой репортаж!Как бы… вроде быстро и просто, а по сути материал серьезный, если вы поняли о чем я…
    Вот по мне лучше это назвать крутым репортажем чем интервью Собчак с Ходорковским…

  11. Оксана

    Яна, аплодирую стоя, клянусь! Нет, не тому, что не испугались вида разрезов, крови и т.д. Этого и я совершенно не боюсь, спокойно разглядывая такие фото. Я аплодирую всё-таки Вашему драйву, юмору и трезвому взгляду на вещи.
    Сама до этого репортажа была ярой противницей пластики для себя, ботокс и пр. никогда в свои 40 не колола. А теперь чувствую, что с таким доктором не страшно ничего. И вообще, вы с ним, кажется, чем-то похожи в том самом трезвом взгляде на предмет ))
    Увидев вашу совместную фотку, где вы улыбаетесь, я тут же залыбилась вам в ответ.
    Браво, Яна, браво! Боже, какой крутой блог и автор!

  12. Mari

    По собственному опыту: в такой операции много нюансов, особенно в послеоперационном уходе. Через 10 дней на работу – это очень смело. Примерно месяц еще очень заметно вмешательство, и если вы работаете в дружном женском коллективе, то уж лучше через месяц. Хотя если пациентка иностранка, у них все проще. У меня как-раз примерно три месяца после… Хирургов действительно много и есть отличные.

  13. Olesya

    Спасибо за пост! Вот это настоящий beautyINsider)))))
    Когда придет время, обязательно буду делать! Это неимоверно круто.
    Но честно говоря, смотреть фотки было ссыкотно, я не смогла….

  14. Елизавета

    Невероятно круто!
    Спасибо огромное за такую работу, Яна.
    Пока читала и смотрела фото, мурашками покрывалась периодически!

  15. svet1aya

    Яна, какой замечательный репортаж 🙂 А про липосакцию Вы случайно не планируете написать? Или может, уже писали?

  16. Наталья

    Яна-Вы герой!!! Кстати, несколько моих подруг делали блефаропластику. И мы заметили такую тенденцию: женщины врачи делают операцию под общим наркозом, а мужчины -под местным. Что это? Может, потому что женщины боятся боли и боятся причинить ее другим?

  17. Кристина Маковей

    И теперь так любопытно увидеть фото «До» и «После» ))

  18. юлия

    Дошла до первого фото с разрезом, стало плохо, пролистала до текста…и любопытно, и страшно….спасибо за работу. Было интересно читать!

  19. Айгуль

    Я себе делала термаж, а потом прочитала, что меня уже не возьмут на операцию фейслифтинга — мои ткани не отсепарируешь, все приросло и склеилось. Как быть?!

    • Ya-z-va

      Думаю, возьмут) После термажа действительно ткани спаиваются, но не настолько. Хирурга надо предупредить на консультации, и все.

  20. раиса

    7й месяц как сохраняется стянутость после круговой подтяжки// кто скажет до скольки месяцев это тянется/ хотяб оринтеревочно узнать когда станет лучше


Добавить комментарий Отменить ответ