Beauty Insider / Все записи / Стиль жизни / До 16-ти и старше: какой косметикой можно (и нужно) пользоваться детям?

До 16-ти и старше: какой косметикой можно (и нужно) пользоваться детям?

Яна Зубцова 28 августа 2026 8

До 16-ти и старше: какой косметикой можно (и нужно) пользоваться детям?

Накануне 1-го сентября Яна Зубцова вспоминает свои детские непростые отношения с косметикой и размышляет, как избежать повторения этой истории, если вашему ребенку сейчас 12 или 14 лет. А заодно вместе с «Золотым Яблоком» собирает бьюти-ранцы для третьеклассников, шестиклассников и восьмиклассников.

Первой растекшейся у меня под глазами тушью была тушь Lancome. С золотой розочкой, да. В черном изогнутом тюбике, намекавшем на изгиб ресниц — или на изгибы женского тела? У тюбика точно был бюст (там, где щеточка), талия (чуть ниже) и бедра. Она была явно сексуальнее, чем зеленый бочонок туши Maybelline – у мамы в ящике трюмо был еще и такой.

Поэтому на дискотеку по случаю 8 Марта в 7-м классе я выбрала Lancome. Мне тоже хотелось всяческих изгибов.

Смываемый позор

Дискотека начиналась по-пионерски рано, и это было даже хорошо: родители были на работе, и я успела спокойно накрасить оба глаза. (Что вы знаете про вау-эффект? Вау-эффект – это когда ты впервые в жизни видишь свои ресницы «до туши» и «после туши». И офигиваешь от собственной неотразимости.)

Надела темно-зеленый батник и джинсовую юбку целомудренной — тогда страшно модной — длины «миди» и пошла.

Что творилось на дискотеке – не помню. Очевидно, ничего такого выдающегося не творилось. Зато отлично помню, что случилось потом.

Потом я пришла домой. И дома разразился скандал прямо-таки космического масштаба. Я узнала, что произошло что-то гораздо более трагическое, чем тройка по физике. Что я «рано заневестилась» (а заодно — что есть такое противное слово «заневестилась», которое, по моим представлениям, могли произносить только самые отсталые слои населения, но моя интеллигентная мама его откуда-то знает). И что я должна немедленно «смыть с себя этот позор». Под «позором» подразумевалась, естественно, тушь Lancome.

Я стояла в ванной, размазывая «позор» по щекам. Он смешивался со слезами и превращал меня из «независимой, уверенной в себе девушки» в зареванное существо без права на красоту. Вода из крана была хлорированная. Слезы солеными. А тушь Lancome — горькой. Этот хлоро-солено-горький вкус – как и вкус карбида, который я зачем-то лизнула на спор в 10 лет — я запомнила на всю жизнь.

За дверью мама продолжала кричать про «заневестилась», про то, что она повесит на трюмо замок, а зеленый батник и джинсовую юбку прямо сейчас выкинет в мусоропровод. Их-то за что, думала я. (К счастью, этого не произошло: времена дефицита не позволяли разбрасываться импортными шмотками, пусть даже насквозь порочными.)

Конечно, я не перестала краситься тушью. Просто научилась снимать ее с ресниц за время, пока наш тяжеловесный лифт тащился на восьмой этаж. Главное, ехать в лифте одной. Поэтому в присутствии соседей я зависала у почтового ящика, делая вид, что не могу его открыть. «Ты скоро?» — «Нет, езжайте, мне нужно газету достать».

Чем я снимала тушь? Да кремом «Детский», как все девчонки. До появления в советских аптеках мицеллярной воды оставалась примерно вечность.

Этот крем (точнее, этот метод демакияжа в лифте) в сочетании с пубертатом сработал как катализатор: даже у меня, не склонной к акне, прыщи возникали регулярно. Бороться с ними предполагалось с помощью салицилового спирта. Спирт на ватку, ватку – на прыщ, так и ходи, пока не отвалится. Кожа шелушилась и сползала ошметками. Ошметки хотелось поскорее отодрать, а прыщи повыдавливать все на фиг. След от одного выдавленного прыща сохранился у меня до сих пор, несмотря на пилинги-шмилинги и прочие достижения современной косметологии. Он не очень заметный, но я знаю его происхождение и иногда подмигиваю ему – как партнеру-ин-крайм моего детства.

А еще это приводило к тому, что, оказавшись без родителей – в лагере, у подруги на даче, на каникулах у бабушки – мы красились так беспомощно и отчаянно, что можно было сразу отправляться на Хеллуин. Щеки пудрили истово, как будто брали пример с Вертинского в образе Пьеро. «Ух ты, синие тени? Давай сразу до бровей!» — «Красная помада?! Где взяла?» — «Да мать выкинула в мусорное ведро, а я достала, там спичкой еще можно выковырять, на всю смену хватит». Прыщи замазывались тональным кремом «Балет» и цвели под ним самым пышным цветом.

Но это все в лагере. В школе и дома — ни-ни.

За накрученную челку могли устроить педсовет, позвонить родителям, выгнать из класса. Однажды всех девчонок моего 9 «А» отправили с урока в уборную — умываться и расчесываться. Они умывались 45 минут, до звонка: прогул на законных основаниях, сладкая отместка.

Война против нашего стремления быть красивыми велась на всех уровнях.

Повзрослев, я поняла, что родителями руководил банальный страх. Советская логика воспитания — «сегодня ты залез на забор, завтра куришь в подъезде, потом водка в подворотне, потом тюрьма, потом колония» — распространялась на бьюти.

Я решила, что так не хочу. Если у меня будет дочь, я сама куплю ей тушь, когда она попросит. И мицеллярку, и патчи от прыщей, и парфюм. И покажу, как его наносить, чтобы не задохнуться в его шлейфе и не задохнуть всех вокруг.

Потому что ни тушь, ни парфюм не являются чем-то безнравственным и способным развратить человека — хоть в 10 лет, хоть в 13, хоть в 35.

Бьюти-подарок восьмикласснику

Тканевая маска для контроля себума FOR ME by gold apple Bha+Niacinamude

Памятка для родителей: все запретное сладко всегда, а в 13 и 14 — сладко особенно. Прежде чем что-то запретить, вспомните эту банальную истину.

Мелирование как прорыв

Но у меня родился сын.

Патчи от прыщей он получил от меня в наборе «Подарок семикласснику». Кроме патчей, туда входил дезодорант, гель для душа, гель для умывания лица, лосьон для жирной кожи и парфюм.

Пара девчонок сказали малышу: «О! Вкусно пахнешь!», и малыш решил, что, пожалуй, этот наборчик стоит поюзать. Мой муж (его отец) решение поддержал и личным примером доказал, что базовый уход за лицом – дело отнюдь не сугубо женское, а, скажем так, общечеловеческое. Думаю, во многом поэтому мы избежали россыпи юношеских прыщей и связанных с ними мучительных подростковых комплексов.

Но потом сын заявил, что хочет сделать мелирование. Да-да, ме-ли-ро-ва… Нет, вы не ослышались. Друг сделал, а он чем хуже?.. А потом еще ирокез. «Такой, типа, чтобы одна прядь желтая, а другая своя, каштаново-русая. И так через одну. А что?»

Я живо вспомнила свои укладки головой вниз, в позе пугливого страуса, потому что нужно было получить ОБЪЕМ (а без ОБЪЕМА ты была как бы не совсем полноценная девушка, непонятно, можно с тобой дружить или лучше не стоит). Вспомнила соленый вкус туши Lancome. Вспомнила тошнотворное «заневестилась!»

И попросила своего парикмахера Верочку сделать сыну мелирование.

— Ты уверена? — аккуратно спросила Верочка, — Это будет… так себе.

— Это будет чудовищно, — сказала я, — И да, я уверена. И ирокез, пожалуйста, сделай ему тоже. Потому что все глупости надо совершать вовремя.

Верочка очень старалась сделать мелирование менее ужасным. Чуть потоньше прядь. Чуть поменьше контраст. Чуть приличнее ирокез. Не могу сказать, что ей это удалось: наш малыш все равно выглядел как пэтэушник с непростой судьбой. Но был абсолютно счастлив: он захотел, он доказал, он смог, он взрослый.

— Когда это срастет? — шепотом спросил у Верочки муж.

— Ну, месяцев пять-шесть, — шепотом ответила Верочка. И мы все вздохнули.

Через три месяца мелирование как-то подсмылось. Через полгода действительно сросло. Я, замерев внутри, спросила: «Будешь повторять?» — «Да ну на фиг».
И мы все выдохнули.

Но я до сих пор считаю это мелирование одним из своих педагогических прорывов. Хотя бы потому, что в 13 лет выглядеть стремно – это даже как-то и нормально. В 20 — уже хуже. А в 25 – катастрофа и, может быть, уже навсегда.

Бьюти-подарок шестикласснику:

Памятка для родителей: дайте детям совершать свои ошибки — те, которые не причиняют вреда здоровью и не являются необратимыми. Просто будьте рядом.

Розовый колхоз

После этой истории друзья решили, что в вопросах бьюти- и фэшн-образования детей я разбираюсь лучше Макаренко и Сухомлинского вместе взятых. (В целом, я была согласна: что знали Макаренко и Сухомлинский о мелировании?!) И в любой непонятной ситуации обращались ко мне за помощью.

«Дочь в 8 лет хочет носить все розовое и в оборочках! Это же колхоз и кошмар!» — говорила подруга Маша. «Кошмар и колхоз, — соглашалась я, — но лучше в 8. Купи ей много-много розовых оборочек, к 13 годам они ей осточертеют, вот увидишь».

«Дочь в 12 лет таскает мою помаду!» — говорила подруга Женя. «Купи ей блески для губ? – предлагала я, — Пусть учится наносить их легко и непринужденно, полезный навык, в жизни пригодится».

«Сын терпеть не может умываться, у нас прямо бои местного значения каждое утро и вечер, — говорил друг Саша. – Я бы плюнул, но у него прыщи!» — «Возьми какую-нибудь крутую штуку для умывания For Men и умывайся ею с подчеркнутым кайфом, — говорила я, — Стопудово сын захочет попробовать, а там, глядишь, втянется. А от прыщей есть отличные патчи. Прозрачные». — «А еще он носит только черное. Как будто всегда с похорон». — «И это пройдет».

Сейчас мой сын, а также дети Маши, Жени и Саши выросли, и можно констатировать: они выросли людьми, которые не путают дезодорант с парфюмом. Девчонки, в отличие от юной меня, не рисуют синие тени до бровей. Парни стригутся вовремя, а не когда «жена затащила в салон» и, что особенно приятно, не считают, что маникюр и педикюр – это что-то сугубо «на женском», а им не пристало.

И никто, представьте, никто не носит розовое и оборочки.

Самое важное

Долгое время мне казалось, что корону бьюти-гуру для детей я ношу по праву и знаю ответ на любой вопрос.

Оказалось, не на любой.
Недавно подруга Катя написала мне в мессенджере: «Дочь в 10 лет требует крем со спикулами, прикинь? Что делать?»

«А откуда она узнала слово «спикулы»?»

«Из Тиктока, откуда еще. Там какие-то сопливые инфлуенсеры устраивают распаковки и рассуждают о спикулах, ретиноле и антиэйдже. В 10 лет, да. Моя Варвара тут же решила, что ей тоже все это надо. Сефора-кид, слышала про такой тренд?»

Да, я слышала (и даже видела). И да, это все было бы смешно, если бы не было реально опасно. Увлечение спикулами и ретинолом в 10 лет запросто может привести к реактивной чувствительности кожи в 11, и это будет еще не самый худший вариант развития сюжета. Но какой аргумент против в 10 лет показался бы мне убедительным? Только не «это не для детей», только не «вот вырастешь, тогда…»

Нет ничего обиднее вот этого «ты еще маленький!». Особенно когда ты действительно еще маленький.

«Слушай, попробуй сказать, что такие кремы – со спикулами и ретинолом – это как лекарства. Когда болит живот, глупо пить таблетку от головы. А когда болит горло — таблетку от живота. А когда ничего не болит, не надо пить никаких таблеток, правда же?» — написала я Кате.

Через пару недель Катина Варвара отказалась от идеи крема со спикулами и потребовала сухой шампунь. Потому что кто-то там в ТикТоках сказал, что с сухим шампунем можно вообще никогда не мыть голову.

— Ну, сухой шампунь я Варьке купила, — сообщила Катя, — Но предупредила, что голову мыть все равно придется. Иначе будет чесаться, как наш Рекс, и придется покупать ей ошейник от блох.

— А ты сказала ей, что она очень красивая?

— Не помню. Надо?

— Конечно! Ты что, это самое важное!

Бьюти-подарок третьекласснику: