Независимый
Ресурс
О красоте

«Что у тебя с ногой?» История Жени Суздальцевой, пережившей остеосаркому

Яна Зубцова
Яна Зубцова 28 февраля 2022 28
«Что у тебя с ногой?» История Жени Суздальцевой, пережившей остеосаркому

«Что у тебя с ногой?» — «А у меня ее нет!» Так Женя Суздальцева отвечает всем, кому интересно, почему она как-то не так ходит. Жене в 14 лет поставили диагноз «остеосаркома». Сейчас Жене почти 22, и она стала одной из первых героинь фотопроекта «Химия была, но мы расстались».

Проект придумала фотограф Ольга Павлова. Потому что сама перенесла рак, потому что сейчас в России живут 1,5 миллиона женщин с онко-диагнозом, потому что эта тема у нас почти табуирована, потому что тем, кто проходит через это, нужна поддержка и надежда. Название придумали смешное — «Химия была, но мы расстались». Это чтобы говорить о раке, как о бывшем парне. Как о чем-то будничном, нестрашном. Героинь для проекта Оля искала везде — на Фейсбуке, по друзьям, по клиникам.

Год назад состоялись первые съемки. Мы помогали — приглашали визажистов, парикмахеров, мастеров по маникюру, я собиралась написать что-то вроде репортажа. (Упоминала об этом кратко — в дайджесте BI.)

Женя Суздальцева. Диагноз — остеосаркома правого тазобедренного сустава

Среди героинь была Женя Суздальцева. Тоненькая девчонка, красотка, только ходит как-то странно. Ей для съемки почему-то подогнали больше всего обуви, явно на выбор.

Я чуть было тоже не спросила: что у тебя с ногой? Хотя читала брифы, краткое био всех героинь. Но с Женей ее биография совершенно не вязалась, какая остеосаркома, какой рак, обычная нормальная девчонка. Только ходит как-то странно. Так, наверное, устроена память: она забывает то, что не видят глаза и во что отказывается верить мозг.


— Женя, как ты попала в этот проект?

— Когда я заболела, то стала подопечной фонда «Подари жизнь». Это благотворительный фонд, помогающий больным детям, а мне было 14, я проходила по возрасту. Однажды мне позвонили оттуда и предложили участвовать в проекте Ольги. Я согласилась, не раздумывая. Может, это странно, но я люблю говорить на эту тему.

— Почему любишь?

— Ну, когда рассказываешь, хотя бы один человек понимает, что, несмотря на любые трудности, у него есть выбор – жить счастливо или убиваться над любой возникшей проблемой. Так что задавайте вопросы, не бойтесь.

— Когда ты училась жить с протезом, что было самым сложным?

— Первое, о чем я подумала сразу после операции, — что я больше не смогу тренироваться. С этой мыслью надо было смириться.

— А ты до этого занималась спортом?

— Да, настольным теннисом. Года три или четыре до болезни. И тут я поняла, что не смогу больше играть. Но тренер мне сказал: «Женя, даже если ты не будешь играть сама, я дам тебе тренировать малышей». И я подумала, что все круто, и больше не переживала по этому поводу.

— Тебе одновременно отняли ногу и сделали протез? Или между этими событиями прошло какое-то время?

— Операция была 4 мая, а в конце августа протез был готов. Я хотела пойти в школу, не сидеть на дистанционке. Я тогда училась в 9 классе, заканчивала его в больнице, сдавала там экзамены и даже получила красный аттестат. Я такой человек, которому нужно все и сразу. Если у меня что-то не получается, я всегда думаю: ну не может такого быть, чтобы у меня — и не получится!.. Когда мне делали протез, мне казалось, что вот сейчас его поставят, и я как пойду!.. Ну, поставили, все вроде в порядке. А потом мы с мамой выписались, приехали в дом — и оказалось, что я не понимаю, как переступить через порог. Стою перед ним и не соображу, что делать. И дико злюсь на себя.

— То есть ты не могла дать команду голове, чтобы поднять ногу?

— Да! А ведь это элементарное действие. В тот момент меня переклинило — я категорически отказалась носить протез. И целую неделю отказывалась. Говорила, что лучше буду прыгать на костылях. Хорошо, что несмотря на мои слезы, мама заставляла меня с ним ходить — каждый день, по два с половиной часа, как велели в протезной мастерской. Через три дня я уже замечательно ходила, через пару недель пошла в школу. Но вообще друзья меня все поддерживали. Пока мама не разрешала мне уходить далеко, они каждый вечер приходили к моему дому. Болтали, играли на гитаре, было на самом деле классно. Я в Москве страшно по ним скучала. Вот вы спросили, что было самым сложным?.. Да, когда я поняла, что спорт закончился, это было так себе. Но до этого тоже были моменты…

— Расскажешь?

— Ну, диагноз предварительный мне поставили в Пензе, и сказали, что надо ехать в Москву дообследоваться. Не очень надолго, на две-три недели. Мне показалось это вечностью: в Пензе у меня были друзья и тогдашний молодой человек! Диагноз подтвердился, оказалось, нужна химиотерапия, это минимум полгода. Значит, прощай учеба, спорт, общение? У меня раньше никогда не было свободного времени. А в больнице я полгода просто лежала. И это лежание было для меня ужасным: я не умею и не люблю отдыхать, терпеть не могу выходные. А по поводу ампутации, по-моему, мама сильнее переживала, чем я.

— Понимаю твою маму, честно.

— Помню, перед операцией маме дали подписать документы. И она села и стала реветь. Хотя вообще мама старалась не показывать, что ей трудно. Держалась передо мной, говорила, что все хорошо, была на позитиве. Но пока мы с ней лежали в больнице, мама каждый вечер шла в душ, и я понимала, что она идет туда, чтобы реветь. Смотреть, как она выходит из душа с красными глазами, — тоже был один из самых сложных моментов.

— Ты говоришь про маму. А папа?..

— Он с нами не живет, родители развелись.

— Еще ты упомянула, что у тебя был молодой человек. Он потом куда-то исчез?

— Да, через пару недель после операции, когда я уже немного окрепла, он мягко так слился.

— Это было больно? Или к тому моменту ты уже поняла, что с таким человеком не стоит иметь дело?

— Вначале, конечно, переживала. Но я была сосредоточена на экзаменах, последнем звонке, поэтому довольно быстро отпустила ситуацию. Хотя в школе приходилось буквально каждый день с ним контактировать… Но мне кажется, если человек сделал такой выбор, значит, ему так легче. Возможно, я бы так же поступила – по крайней мере, на тот момент, в том возрасте, в том сознании. Сейчас для меня это невозможно. В общем, я решила — зачем переживать о человеке, который тебя предал? Зато благодаря этому я стала сильнее, мудрее и избирательнее. Мне было нормально одной. Даже хорошо.

— А с настольным теннисом? Ты стала заниматься с детьми, как предложил твой тренер?

— Ой, да, забыла рассказать. И с ребятами занималась, и сама уже осенью того года, как мне сделали протез, начала тренироваться. Сначала вообще тайком от мамы. А потом даже принимала участие во Всероссийской Параолимпиаде.

— Если вы жили в Пензе, как ты оказалась в Москве? Ты же тут сейчас живешь, верно?

— Как раз благодаря болезни. Когда я тут лежала в больнице, мне ужасно понравилась Москва. Вообще все связано оказалось — болезнь, Москва, моя следующая жизнь. За полтора месяца до того, как мне поставили диагноз, мы с мамой приехали на Новый год к родственникам в Подмосковье. Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведешь? Вот со мной так и случилось. Прямо в новогоднюю ночь я почувствовала, что у меня болит колено. 2 или 3 января мы поехали гулять на Красную площадь, и я поняла, что мне больно ходить.

— Это первый раз, когда стало больно?

— Первый раз, когда настолько сильно больно. Раньше я не обращала внимания, сваливала на теннис — типа перетренировалась. Мы вернулись в Пензу, я стала забинтовывать ногу, чтоб не болело, и продолжала играть. Потом все же поехала к врачу, оказалось, что у меня опухоль, колено болит из-за нее. Но тот врач сказал, что ничего страшного, назначил мази… Которыми, как выяснилось потом, мне нельзя было пользоваться.

— Наверное, трудно было что-то заподозрить, ведь ты совсем юная девочка.

— Возможно, да. И они сделали какой-то неправильный снимок… Потом мне стало хуже, и понеслось. Но именно лежа тут в больнице, я поняла, что хочу жить в Москве.

— Ты одна сюда переехала или с мамой?

— Одна.

— Как она тебя отпустила?

— О, это отдельная история. Через год после выписки я встретила учительницу по математике, которая готовила меня к экзаменам, пока я лежала в больнице. Она спросила, куда я собираюсь поступать. Я ответила, что в ПГУ (Пензенский государственный университет), у меня нет других вариантов. Но она сказала, что я могу поступить в московский РГСУ (Российский государственный социальный университет). И оставшуюся половину 10-го и весь 11-ый класс я жила с мыслью, что готовлюсь к поступлению в Москву. Хотя все вокруг были уверены, что этого не случится. Я сдала экзамены, отправила документы в пензенский универ и в три московских. Мама сказала: «Ок, подавай, если хочешь, только успокойся:). Но даже если поступишь, все равно не переедешь». В РГСУ был такой конкурс, что я особо не надеялась, даже не стала смотреть списки. И тут в конце июля они звонят и говорят, что меня взяли! Я, натурально, разревелась. И мама решила: «Ты так долго к этому шла, так много сил потратила… Поехали!» Буквально в последний день мы отвезли документы. Я поступила на очное дневное отделение, на бюджет.

— Часто ездишь домой в Пензу?

— Раз в пару месяцев. Недавно (напоминаю, разговор происходит в феврале 2021, прим. ЯЗ.) ездила на Новый год, но меня хватило только до 3 января, потом я быстренько уехала. Видимо, три дня – максимум. Там ведь я абсолютно ничем не занимаюсь. Возвращаюсь — и начинаются дела, работа, учеба.

— Работа?.. Ты совмещаешь работу и учебу?

— Да, работаю администратором в салоне красоты. Учеба у меня примерно три дня в неделю, а в салоне есть возможность самой составить график. Когда я переехала, мне говорили, что я не смогу жить одна. Я, конечно, решила доказать, что смогу. В первый же месяц поняла, что в Москве абсолютно другой ритм жизни, страшно устала, поймала себя на том, что не вывожу, хочу домой. А потом до меня дошло: если сейчас уеду, уже ничего не верну. В общем, как-то пережила этот момент, и мне тут стало так кайфово! Тем более, что лучшая моя подруга и друг из Пензы — они тоже поступили в разные ВУЗы и переехали сюда.

— Этот друг — твой нынешний бойфренд?

— Нет, просто друг. Нынешнего бойфренда я нашла в интернете. Хотя я обычно ни с кем в интернете не знакомлюсь, мне это некомфортно. Но он написал мне ВКонтакте – и это был единственный раз, когда я ответила. Обычно любые знакомства — на улице или где угодно — у меня заканчиваются тем, что я в лоб говорю правду. «Что у тебя с ногой?» — «У меня ее нет». Ну, как я сказала бы, что хлеб закончился. Люди в этот момент испытывают неловкость, не знают, что делать, начинают извиняться, что спросили, или жалеть меня. Ненавижу, когда меня жалеют! Проще тут же перестать общаться. Нога — ее отсутствие — я на нее уже не обращаю внимания, часто вообще об этом забываю. И этому парню я сказала: прежде, чем мы начнем общаться, ему нужно кое-что узнать, и скинула статью обо мне на одном сайте, где все про ногу сказано. Прошло 10 минут – он не отвечает. Думаю: «Ну ок, ладно». И тут он пишет: «Женя, я тобой горжусь, ты такая молодец». Представляете, это был единственный человек, который не стал извиняться и сочувствовать, а сказал: «Ты классная!» Меня это зацепило. Мы до сих пор вместе, уже год или полтора.

— Я читала брифы героинь проекта «Химия была, но мы расстались». Там сказано, что ты учишься водить. Правда?

— Да, я уже сдала экзамен и получила права.

— А что еще ты собираешься сделать?

— Одна из целей – накопить денег и самостоятельно купить машину. Еще я пытаюсь освоить SMM. Пока учусь, но надеюсь, что всерьез займу эту нишу. Она мне интересна. Вообще, сейчас – самое комфортное состояние, в котором я когда-либо находилась. Мне нравится все – вплоть до того, что у меня нет ноги. Если бы этого не случилось, я бы не жила в Москве, и со мной рядом был бы не тот человек.

— Как выглядит твое идеальное будущее? Можешь описать его в деталях?

— У меня нет четкого представления о будущем. Мне кажется, важнее жить моментом. Правда, не всегда получается: я постоянно думаю о том, что нужно было сделать и что нужно сделать послезавтра. И не могу насладиться тем, что сейчас. Все может быть идеально, и нет ни единой причины не радоваться, но я сижу и надумываю какие-то плохие мысли…

— Плохие мысли — они касаются здоровья?

— Нет, я не особенно зацикливаюсь на здоровье. Раз в полгода прохожу обследования – больше потому, что мама говорит, что так надо, и записывает меня. Я сама вечно откладываю. Например, недавно была ситуация. Мама сказала, моему протезу нужна новая косметическая оболочка — мягкая часть, которая делает его похожим на ногу. Старая уже плохо выглядит. Я несколько месяцев тянула, придумывала причины – мол, нет времени, в протезной завал. Поехала только когда мама строго-престрого сказала, что все. Вот такие серьезные вещи могут меня вообще не волновать. В отличие от мелочей — что я кому-то что-то не так сказала, кого-то обидела, надо что-то иначе сделать завтра. На работе могу накосячить, неправильно клиентов записать — потом неделю переживаю.

— Ты говоришь, что пытаешься бороться с мыслями о прошлом и будущем, жить здесь и сейчас. Как ты это делаешь?

— В тот момент, когда я начинаю о чем-то таком думать, я перевешиваю эти мысли мыслями о том, что у меня сейчас хорошего. И перечислив все хорошее, что есть, я понимаю, что моя жизнь просто идеальная. И нет ни одной причины в этом сомневаться. Тогда мне становится лучше, и я продолжаю жить так, как мне хочется.

P.S. За год, прошедший с нашего разговора, Женя Суздальцева перешла на последний курс университета и пишет диплом на тему «Как создать салон красоты». Из салона, в котором работала, уволилась. Освоила профессию бровиста: «Мне это очень нравится, как выяснилось!» Поработала настоящим SMM-менеджером нескольких крупных коммерческих проектов и решила, что это все-таки не ее. А еще Женя Суздальцева неожиданно снялась в главной роли в короткометражке «Танцевать нельзя остановиться». Фильм о том, как девушка, у которой ампутирована нога, хочет танцевать. Продюсер нашел Женю в Инстаграме. Сейчас на основе этого фильма планируется снять сериал. «А вообще весь год я занималась тем, что переосмысливала себя, свое отношение к жизни, к людям, к тому, чем я на самом деле хочу заниматься и кем быть. Кажется, постепенно приходит ясность. Это здорово».

P.P.S. До 3 марта на ВДНХ, на территории Северного розария, открыта выставка проекта «Химия была, но мы расстались». Это 17 портретов и историй женщин от 17 до 63 лет.

Среди них — финансисты, психологи, бизнес-леди. Часть выставки представлена в интерактивном формате: на некоторых фото есть QR-коды, наведя на них экран смартфона, можно увидеть, как героини оживают. В 2022 году проект продолжит свое развитие в регионах России. Цель — вовлечь как можно больше женщин с онкологическими диагнозами и поддержать — и их, и всех нас. Узнать подробности и поддержать его героинь можно на сайте проекта, поддержать проект — на сайте фонда.

P.P.S.S. Благодарим визажистов Sephora Fly Team, парикмахеров салонов Beauty Insider & KA2 и «Ланна Камилина», мастеров ногтевого сервиса Beauty Insider & KA2 за помощь в съемках проекта.


P.P.P.S.S. Напоминаем, что любые комментарии, не касающиеся темы статьи, будут удаляться. Спасибо за понимание.


Читайте также:

(47 оценок, среднее: 4,91 из 5)
Загрузка...
Читайте также
Спецпроект
Бюджетная косметика
Комментарии-
Идёт загрузка...