Независимый
Ресурс
О красоте

Возможно, вам к нему: пластический хирург Владимир Головатинский

Лена Коренькова
Лена Коренькова 30 декабря 2022 17
Возможно, вам к нему: пластический хирург Владимир Головатинский

Поговорили с доктором Владимиром Головатинским про врачей-шоуменов и «хирургию излишеств», а также о том, может ли психотерапия стать альтернативой ринопластике или липосакции. И, кстати, зачем худые люди делают липосакцию?

Владимир Головатинский работает в клинике пластической хирургии A3Beaute в Санкт-Петербурге. Специализируется на послеродовом восстановлении фигуры. И не любит давать интервью, особенно на отвлеченные темы «про детство, отрочество, юность и что вы думаете про возможность жизни на Марсе?» (То есть такие интервью, из которых, в основном, состоит наша рубрика «Возможно, вам к нему»:)

«Какое это все имеет значение? — заявил он, пробежав взглядом список вопросов, — Если вы выбираете пластического хирурга, кого вы предпочтёте — профессионала или харизматичного оратора?»

Так мы и начали беседу.

Доктор Головатинский, преподаватель кафедры пластической и реконструктивной хирургии СПбГПМУ, член Российского общества пластических и реконструктивных хирургов.

Из детской хирургии – в пластическую

Я всегда знал, что стану хирургом, как мой отец. В относительно небольшом городке, где мы жили, он был человек уважаемый. Я им гордился. Студентом я практиковал почти во всех хирургических и нехирургических специальностях: неврология, онкология, травматология, проктология и так далее. Дежурил, ассистировал и выбирал область, которая мне по душе.

После окончания ВУЗа я стал детским хирургом. Работал в экстренной и плановой хирургии. Выполнял практически все виды операций детям во возрасте от одного дня до 18 лет. В неполные тридцать стал ответственным хирургом в крупном стационаре. Большая бригада, скоропомощная работа, в подчинении – десятки врачей, одних хирургов человек пять. Когда поступал пациент, я назначал бригаду: «Ты оперируешь, берёшь в ассистенты такого-то. Делаете то-то».

То, что я поменял специальность – отчасти стечение обстоятельств. Помимо работы в стационаре и в государственных клиниках, я устроился в клинику A3Beaute в качестве детского хирурга. Прошёл профессиональную переподготовку по специальности «Пластическая хирургия» и думал, что буду выполнять детишкам отопластику. (Устранять лопоухость, прим. ред.) Но чем больше я погружался в эстетическую медицину, тем интереснее мне становилось.

В определённый момент пришлось выбирать. С одной стороны – 12 лет в детской хирургии, которую я очень любил. С другой – возможность реализации в новой увлекательной области, в профессии, где нет профессионального потолка. Выбрал второе и с тех пор — уже без малого десять лет — занимаюсь пластической хирургией.


Хирург-артист VS хороший хирург

Я знаю раскрученных пластических хирургов, у которых много подписчиков в разных сетях, потому что они хорошие шоумены, красиво говорят на камеру, у них выстроен менеджмент. И, соответственно, у них нет недостатка в пациентах. И знаю докторов, которые оперируют в 10 раз лучше, но не умеют «продавать себя». Даже на конференциях толком не могут выступить. (Это тоже не здорово, конечно.) Но в операционной они творят фантастические вещи.

И вот скажите мне, какое значение имеет для выбора пластического хирурга его харизма? Внешний вид? Ораторские данные? Я понимаю, что работаю в такой области, где нужно заниматься самопиаром. Но то, что понятие «хороший хирург» чаще подменяется понятием «хороший артист и спикер» – порочная тенденция. Я откровенно скажу: я ненавижу съемки и самопиар. Когда я пришел из общей хирургии, всё это для меня вообще было дико. Сейчас я стал терпимее, даже сам веду соцсети. Но все равно не могу перестать об этом думать.

Представьте, что вы приходите к пластическому хирургу и видите: он красавец, эрудированный, представительный. Слушаете его и думаете: «Бог! Ну просто бог!». Правда в том, что в операционной все может быть совершенно не так. И коллеги его это, конечно, знают. И знают, что когда что-то идет не по сценарию, все зовут на помощь другого врача. И за консультациями бегают к нему же. А пациенты — откуда им знать?


Критерии выбора хирурга

Критерий один – результат. Других объективных критериев нет. Допустим, вы приходите в автосалон, менеджер усаживает вас за стол и рассказывает: «Ваш автомобиль будет большим, ярко-красным, и он будет так быстро ехать – вжух!» Вы хотите увидеть машину, а менеджер продолжает петь: «Голубчик, я ведь всё рассказал. Большая, красная, быстрая. Берёте?» Да никогда в жизни. Но почему-то, приходя к пластическому хирургу, многие готовы купить «тот красный автомобиль» со слов «продавца».

Если посмотреть работы разных хирургов «до-после», можно без слов понять, у кого результаты лучше, у кого хуже. Проблема в том, что я как специалист это вижу, а обычный человек из-за отсутствия насмотренности может не увидеть. Да я сам, когда начинал путь в пластической хирургии и изучал примеры коллег, не знал, куда смотреть, не замечал нюансов. Поэтому, если думаете о выборе врача, развивайте эту насмотренность, сравнивайте, сопоставляйте. Представьте, что вы — детектив, который изучает сложное дело. Это возможно. Я вас уверяю, есть пациентки, которые добились таких успехов, что сканируют фото «до-после» лучше многих хирургов.

Вы скажете: может быть, девушка сама захотела несоразмерно большую грудь, как на фото «после». А пластический хирург просто выполнил её желание. Согласен, такое возможно, но чаще всего хирург делает то, что ему нравится и близко по эстетике.

Допустим, до родов и кормления у пациентки был третий размер груди, сейчас это птозированная «единичка», пустые кожные чехлы. Здравомыслящий хирург (ну, в моём представлении) выберет стандартное решение – установка имплантата объемом 300 мл и якорная подтяжка. Но найдётся доктор, который предложит ей имплантат объемом 600 мл и без подтяжки. Знаете, что произойдет, если девушка согласится? Через несколько месяцев ее грудь опустится под собственной тяжестью и будет выглядеть так себе. Но, допустим, доктор успел снять фото «после» до того, как это случилось. И все, он молодец, на картинке никакого фотошопа и вау-результат.

Почему хирурги не выкладывают фото спустя год после операции? Ответ простой: пойди найди этого пациента. Он/она придет, если есть проблема. А когда всё замечательно, 8 из 10 пациентов растворяются. Они счастливы, они получили то, что хотели. Мы всем говорим, что после маммопластики нужно раз в год приходить на УЗИ, осмотр маммолога, хирурга. Но редкая особо дисциплинированная пациентка на самом деле последует этим рекомендациям.


Психотерапевт VS пластический хирург

Многие думают, что комплексы по поводу внешности надо устранять не в операционной, а в кресле психотерапевта. В этом есть рациональное зерно. Я cам всегда говорю пациентам: «Ваша проблема имеет два пути решения. И первый – пойти к психотерапевту». Я должен им об этом сказать, но психотерапия — опустим, что это долго, и по совокупности часто не дешевле операции — не всегда работает. Я оперировал много пациенток, которые до этого ходили на терапию, чтобы научиться принимать свои «недостатки». И в итоге все равно пришли к хирургу. Да, несмотря на определённые риски хирургических осложнений и нюансы течения послеоперационного периода.

Если после операции пациентка получает то, о чем она мечтала – избавляется от птоза груди, например — психотерапевтический эффект получается в разы выше, чем тот, которого можно добиться собственно психотерапией. Женщина просто «выключает» эту проблему и живёт дальше полной жизнью. Вот для чего по-настоящему нужна пластическая хирургия, в моем представлении.


Про деликатность

Мой этический кодекс: не давать оценок. На консультацию может прийти человек с явно оттопыренными ушками или с крупным носом. Говоришь: «Здравствуйте, для чего вы пришли?» – «Ну ведь и так видно». Но пластическому хирургу «и так» видно слишком многое. Профдеформация позволяет ему видеть больше, чем среднестатистическому обывателю. Однако это не значит, что хирург вправе это озвучивать.

Не опытный или не слишком профессиональный хирург, заметив подобный дефект, может неосторожно спросить: «А не хотели бы вы…?» Но это ни в коем случае нельзя делать. Ни намёком. Может, человек пришел решить проблему нависающих верхних век, а вы ему сейчас сообщаете про оттопыренные уши. Боже упаси. Нужно выслушать, проанализировать и рассказать пациенту, чем современная хирургия ему может помочь в той проблеме, с которой он обратился.


Зачем она пошла к хирургу?! Лучше бы села на диету и пошла в спортзал!

Послушайте, те проблемы, которые решаются в операционной – чаще всего НЕ корректируются спортом и питанием. Какой фитнес поможет при птозе груди? Избавит от диастаза прямых мышц живота после родов? А тубулярная грудь, асимметрия? Образ жизни это не исправит.

Да, есть операции – предположим, липосакция – когда мы избавляемся от избытков подкожного жира (подчёркиваю: не от ожирения). С таким запросом действительно иногда обращаются люди, которые обходят спортзал стороной. Так и говорят: «Близко не подойду к фитнес-центру». Девушка не хочет быть худой, но хочет иметь приятные глазу изгибы. Одно дело – фигура-кубышка. Другое дело — приблизительно при тех же параметрах – фигура-виолончель. Убираем, допустим, пять литров жира локально – здесь, здесь, здесь – получаем другие контуры. Девушка счастлива. Она смотрит в зеркало и думает: «Пойду-ка в зал, сброшу ещё 5 кг. Пусть мне не никогда не быть 50 кг, но я стану весить 60 кг вместо 65 кг.» Реалистичный сценарий? Ещё как.

Есть другая категория пациенток: они изначально имеют хорошую фигуру. Спрашиваешь: «Может, вам липосакция не так и нужна?» Отвечают: «Вы не представляете, в каком напряжении я живу. Ежедневные тренировки, постоянный контроль калоража. Я хочу чуть-чуть ослабить нагрузку». Это не значит, что после липосакции девушка пустится во все тяжкие и начнет есть как не в себя. Скорее всего, она будет вести примерно тот же образ жизни, но с меньшим напряжением. Заниматься спортом не 5-6 раз в неделю, а 2-3 раза. Почему нет?

Да, наверное, пластическую хирургию можно назвать «хирургией излишеств». Но хорошо, а красивый автомобиль или красивая одежда — не излишества? Это не возможность пользоваться благами цивилизованного мира?

Большая часть моих операций – то, что мне ближе, на чём я специализируюсь – послеродовое восстановление фигуры, формы и объема груди, эстетики/дисфункции половых органов. Моя типичная пациентка — замечательная красивая мама, которая родила, возможно, двоих-троих детей. В 30-35 лет её грудь выглядит далеко не так, как в 20. С её телом могли случиться такие трансформации, что никакой спортзал-диеты не помогут. Неужели она не имеет моральное право хорошо выглядеть?


Про липосакцию

Свести на нет результат липосакции (если она выполнена правильно) – это нужно сильно постараться. В области проведения липосакции способность к запасанию жира ограничена. Если в зоне галифе был условно миллион жировых клеток, и мы удалили из них 2/3 – то оставшаяся треть жировых клеток не увеличится в размере до такой степени, как раньше. Даже при погрешностях в диете и наступлении беременности.

Самое распространенное эстетическое осложнение после липосакции – бугры и неровности контуров. Ещё сравнительно недавно, 10-20 лет назад, около 90% выполненных операций приводили к такому осложнению. То есть оно было почти у всех. Это страшные цифры. Статистика сильно снизилась после того, как американский пластический хирург Симеон Уолл младший совершил буквально революцию, разработав метод SAFE Lipo. (Аббревиатура SAFE расшифровывается — Separation, Aspiration, Fat Equalization; выделение, аспирация и перераспределение жировой ткани, – Прим.ред.)

Как выполняется олдскульный вариант липосакции: хирург вводит канюлю (трубку, подключенную к вакуумному отсосу) и делает ей возвратно-поступательные движения. Из общей массы жира «вырывается» кусочек. Он попадает в трубку, через трубку – в канистру. Вероятность получения неровностей высока, потому что часть жира фиксирована плотно, часть – менее плотно. Та, что менее, — «оторвётся» раньше. При постоперационном отёке этого не видно. Через месяц-два отёк сойдет, и приехали, сплошные бугры.

Метод SAFE Lipo подразумевает определённый алгоритм хирургических действий, а также использование специального вибрационного аппарата. Хирург выполняет три последовательных этапа: сначала обрабатывает подкожно-жировую клетчатку с помощью вибрирующей канюли, чтобы «разбить» и перераспределить жировую ткань (S — сепарация). Затем включает отсос и удаляет жир (А – аспирация). В конце снова распределяет жировую ткань канюлей (F.E. – разравнивание жира). Канюля делает порядка 4000 возвратно-поступательных движений в минуту.

При такой операции хирург выполняет в 1,5-2 раза больше действий, чем при классической липосакции. Это энергозатратно, но позволяет свести риски неровностей практически к нулю.

В моём представлении, это лучшая методика липосакции на данный момент. Есть другие – с использованием ультразвуковых, лазерных, RF, плазменных аппаратов. Я отношусь к ним сдержанно, хотя аппараты, использующие энергию, способствуют сокращению и «усадке» кожного лоскута. Но обратная сторона медали в том, что термическое воздействие несёт риск ожогов, и тех же неровностей впоследствии.

Оборудование помогает, но главное устройство в операционной – хирург. Представьте, что нужно нарисовать портрет. Рисовать будете вы – и талантливый художник. Вам дадут лучшие в мире краски, а художнику – простой карандаш. Чей рисунок будет лучше?.. В общем, не выбирайте между карандашом и красками. Выбирайте между талантливым профессионалом и ремесленником.


Зачем сочетать абдоминопластику с липосакцией?

Липоабдоминопластика
Липоабдоминопластика

Абдоминопластика подразумевает удаление подкожно-жирового лоскута брюшной стенки. Помимо этого возможно устранение диастаза, грыжи. Что мы получим, если проведём данную операцию без липосакции? Да, натянется кожа. Да, если все правильно сделали, может, даже пупок будет выглядеть хорошо. Но красивый живот, красивые контуры с помощью одной абдоминопластики вы не получите, если только пациентка – не суперхудая девушка. Если девушка среднестатистическая, даже 55 килограмм, одной абдоминопластики недостаточно. Сравните результаты абдомино с липосакцией и без – думаю, станет понятно.

Красивых результатов абдоминопластики очень немного. Посмотрите, сколько фото «после» показывают в трусах, натянутых до самого пупка, как бабушкины панталоны. Почему? Если эти трусы приспустить, там уже, оказывается, рубец. Практически посередине живота. Был один некрасивый живот – и получился второй некрасивый живот? И зачем проводить такую операцию? Рубец должен проходить максимально низко. Пупок должен выглядеть естественно. Должны быть углубления над пупком, возле пупка. Да, если мы говорим о по-настоящему красивом результате, абдоминопластика – очень сложная операция.


Про липомоделирование и липоскульптуру

Операция липомоделирования (другое название – липоскульптура) состоит из двух частей: липосакции и липофилинга (процесс введения жира). Чаще всего это объемная липосакция 360° (передняя и внутренняя поверхность бёдер, колени, живот, бока, спина, поясница, зона галифе) и введение жира в область ягодиц, наружной части бедра с целью получения красивых контуров фигуры.

Липофилинг выполняют и как отдельную операцию: например, для липофилинга груди мы набираем с определенной зоны жир, чтобы ввести его в молочную железу. Просто не называем липофилинг груди липомоделированием.

Собственный жир можно вводить в кисти рук и декольте (для омоложения), в разные зоны лица (верхние веки, подбородок, скулы и.т.д.), в ягодицы, грудь (вместе с имплантами или без; чтобы улучшить контуры или с реконструктивной целью).


Липофилинг лица VS гиалуроновые филлеры

Для коррекции формы губ, конечно, лучше филлеры. Тут всё-таки сложно чем-то заменить гиалуроновую кислоту. Но вводить филлеры в другие зоны – скулы, подбородок – на мой взгляд, порочная история. Одно дело, если вы всего раз-два в жизни сделаете контурную пластику филлерами. Но ведь чаще всего как? Сделал раз – делаешь регулярно. А это точно негативно сказывается на тканях. Вам это подтвердит любой хирург, который регулярно проводит пластику лица. Если использовать объемообразующий наполнитель, то только «живой» собственный жир.

Практически у всех с возрастом происходит потеря объема в периорбитальной области, глаза как будто проваливаются (посмотрите на 80-летнюю бабушку). После 35-40 страдает объем верхних век, его мало, и тут самым лучшим наполнителем является собственный жир. Требуется от 0,3 до 1,5 мл. Он там очень хорошо стоит, практически пожизненно, не рассасывается. Отлично работает, а с верхней блефаропластикой – ещё лучше.


Липофилинг VS имплантаты

По статистике средняя приживаемость жира, который мы используем для наполнения – порядка 50%. Другая половина утилизируется, выводится из организма. Поэтому липофилинг зачастую делается с гиперкоррекцией (так скажем, с запасом). Но тот жир, который прижился в течение двух месяцев – всё, с вероятностью 80%-90% можно говорить, что это ваша живая ткань. В этом отличие собственного жира от искусственных наполнителей, имплантатов, гиалуроновой кислоты. Это «живое», мягкое, никогда не причинит вам никаких проблем.

Вы видели много результатов липофилинга груди? Точно меньше, чем результатов увеличения груди имплантами. Почему? Чтобы увеличить грудь на один-полтора размера, нужно, чтобы прижилось около 150-200 мл жира. Это, чаще всего, не одна операция, а две или даже три. Многих это устроит? Нет. Но есть пациентки, которые категорически против имплантатов, говорят «Делайте что хотите, не хочу силикон». Тогда три сессии липофилинга с интервалом 3-4 месяца. Легко переносится, через 5 дней после операции вы можете заниматься танцами. По суммарной стоимости — то же, что пластика с имплантами. Сделала, счастлива, живёт своей жизнью.

Жиром можно увеличить объем груди, но крайне сложно создать форму. Почти невозможно. Поэтому импланты для большинства – оптимальный вариант. Но мы достаточно часто используем липофилинг в дополнение к увеличению груди имплантами, чтобы, например, скорректировать асимметрию, получить правильную округлую форму, чтобы лучше выглядело декольте. При вторичных маммопластиках, когда есть неровности, провалы. С реконструктивной целью: при пост-травматическом дефиците тканей либо после мастэктомии.

С ягодицами другая история – это замечательная реципиентная зона, там толщина подкожного жира от 2,5 до 4-5 см. Липофилинг эффективнее там, где мы вводим жир к жиру, так он лучше приживается. Поэтому липофилинг ягодиц работает лучше, чем липофилинг груди. Как раз имплантаты в ягодичной области потенциально более опасная история, то есть риски осложнений значительно выше.


Про преподавание

Наша клиника яввляется одной из баз – можно сказать, главной базой – кафедры пластической реконструктивной хирургии СПбГПМУ. У нас же работает заведующая этой кафедрой – д.м.н. Кораблёва Наталья Петровна. Часть сотрудников клиники является сотрудниками кафедры, в том числе я.

Зачем это мне? Конечно, не ради денег:) У преподавателя зарплата в пределах 2-3 тысяч, если вам интересно. По большей части это из уважения к нашей заведующей кафедрой. Многие из нас, пластических хирургов A3Beaute – её ученики. Во-вторых, это возможность самообразования. Ведь прежде чем кого-то учить, ты должен сам соответствовать тем или иным критериям.

Пластическая хирургия – закрытая специальность. Далеко не все и не всегда готовы делиться своим опытом, навыками. Ещё 15 лет назад это было практически табуировано. Разве что один другому что-то на ушко шепнул. Сейчас, слава богу, тенденции другие. Больше курсов, семинаров, конференций. Опять же наша клиника проводит обучающие мастер-классы. Кто в чем специализируется, у кого какой конек. Например, я веду мастер-классы по липомоделированию.


И – не о работе

Я возвращаюсь с работы домой… иногда в 3 дня, иногда в 3 ночи. График ненормированный. Поскольку мой отец – хирург, я всё об этом знал и даже не представлял, что может быть иначе. Когда работал в детской хирургии, я чуть ли не жил на работе (меньше двух ставок у меня никогда не было). Выходной в субботу или воскресенье – такое случалось, может, всего раз или два. Ну точно не регулярно.

Жалею, что мне не хватает времени на… я считаю, ни о чём не стоит жалеть. Хочется больше путешествовать, но эта сложность связана не со временем, а с внешними силами. Сейчас, в это время года, я бы, наверное, отправился в Таиланд.

Возможно, я немного социопат: если приду в пустое семейное кафе, мне это понравится больше, чем если я приду в модный и шумный ресторан.

Если бы я был на сто процентов самим собой, я бы в жизни не вёл соцсети. Никогда. Ни одной страницы. У меня нет в этом потребности. Но иначе откуда придут пациенты? Если ты не ведёшь аккаунт, ты «не оперируешь» и как бы не существуешь.


Владимир Головатинский работает в клинике пластической хирургии и A3Beaute.

Адрес: Санкт-Петербург, ул. Тверская 1А.


Напоминаем, что любые комментарии, не касающиеся темы или оскорбляющие нашего героя, будут удаляться. Спасибо за понимание.


Читайте также:

(27 оценок, среднее: 4,56 из 5)
Загрузка...
Читайте также
Спецпроект
Бюджетная косметика
Комментарии-
Идёт загрузка...